Контркультура в нашей стране

Прорыв в социально-философском осмыслении проблематики контркультуры в нашей стране начался по существу лишь в последние годы. В работах таких философов, как П.С.Гуревич, М.И.Новинская, А.С.Панарин и других, удалось выйти на новый, более высокий уровень социально-философского видения проблемы контркультуры, ее теоретико-философского осмысления с учетом новейших мировоззренческих истолкований современной социальной динамики.

П.С.Гуревич в своей работе "Проблемы субкультуры в современной зарубежной культурологии" акцентирует внимание на том, что в последние годы мировая культурология стала проявлять особый интерес к феномену молодежных субкультур (иначе называемых контркультурой), на их роль в развитии и смене культур. Многие исследователи, такие, как К.Маннгейм, Дж.Иингер, Э.Тирьякян и др., пришли к убеждению, что анализ механизма действия субкультур в рамках наличной культуры позволяет наконец приблизиться к постижению способов ее обновления. Такое понимание функции субкультур ведет и к новой философии культуры, которая как оказывается, развивается путем "культурных сбросов", то есть радикального прорыва в мир новых духовных параметров, культурных установок. "Раскрыть существо и предназначение субкультуры – это значит проникнуть в тайны культурного созидания, раскрыть секреты истории"

Ни одна культура, – подчеркивает П.С.Гуревич, – не может развиваться без контркультуры, которая придает динамизм развитию "родительской" культуры тем, что вносит элементы мутации в ядро культуры – в ее систему ценностей. И если новые контркультурные ценности сильнее, то могут произойти существенные сдвиги в парадигме "родительской" культуры, может появиться на свет новая культура

П.С.Гуревич дает философское определение контркультуры как одного из механизмов смены типов культур, трансформации культурных парадигм. Под влиянием контркультуры, пишет он, "в современном мире произошла радикальная переоценка этики труда, смысла жизни, отношений между полами, традиций рациональности". Российское общество "находится сейчас в процессе контркультурного размежевания, рождаются новые социокультурные группы, обладающие специфическим менталитетом, образом жизни, ценностными установками. Несомненно одно: рождение новой культуры в нашей стране невозможно без длительной полосы контркультурных феноменов"

М.И.Новинская, дискутируя с Ю.Н.Давыдовым (утверждающим, что контркультурная молодежь – это всего лишь инфантильные подростки, не желающие взрослеть), высказывает убеждение, что мощное воздействие контркультуры было обусловлено как раз тем, что контркультура была "не просто инфантильной юношеской реакцией избалованной молодежи на сложности мира (хотя и имела такой оттенок), но прежде всего это была культура нового поколения, появление которой на общественной арене совпало с зарождением новой эпохи, условно называемой постиндустриальной". Молодежная культура несла в себе устремления нового поколения, "устремления, выражающие новые потребности переломной эпохи"

В контркультуре выделялись, например, такие относительно самостоятельные элементы: 1) настроения и ориентации обыденного сознания, оппозиционные ценностям традиционной западной культуры; 2) идеологизированные формы сознания – идеи контркультуры, отраженные в произведениях ее идеологов, теоретиков; 3) "альтернативные" стили жизни – собственно контркультурная практика, попытки воплотить в повседневность контркультурные ценности и идеалы; 4) новые, антитрадиционные формы художественного творчества, соответствующие идеям контркультуры

Контркультура начиналась с протеста молодежи, которая не хотела быть винтиком, роботом, она была против использования ее молодости, таланта, энергии "как товара" ради прагматических, утилитарных целей индустриального общества. Но оказалось, что этот протест против потребительского отношения к молодежи – протест как средство самозащиты выявил, высветил проблемы огромного общечеловеческого, глобального звучания, подчеркивает А.С.Панарин в статье "Контркультура – предтеча духовноэтической революции современности". Он показывает, что контркультура отражает важнейшие общецивилизационные противоречия нашей эпохи, в частности описываемые глобалистикой. А.С.Панарин определяет контркультуру как предтечу духовноэтической революции современности. Он сравнивает ее с глобалистикой, наукой, возникшей для решения проблем, порожденных ею же самой: "Глобалистика – поздний продукт сайентизма, результат ее диалектического самоотрицания", с контркультурой ее объединяет "предчувствие возможного и при этом близкого конца техногенной цивилизации". И если глобалистика предупреждает о том пороге разрушения среды обитания человека, за которым начинается ее быстрая и необратимая деградация, то контркультура фиксирует тот предел духовного упадка и угнетения человека, за которым начинается распад личности...

Чтобы охарактеризовать такую важную черту контркультуры 60-х годов, как ее гуманистическая направленность, возможно, стоит для сравнения привести высказывание Н.Бердяева в книге "Истоки и смысл русского коммунизма", относящееся к протесту образованного русского дворянства и интеллигенции в XIX веке против крепостничества в России: это был "протест заболевшей совести" прогрессивной части дворянства и интеллигенции, понимавших и остро переживавших всю несправедливость рабского положения своего народа и призывавших проявлять "милость к падшим"

Вероятно, и выступления молодежи и интеллигенции из наиболее обеспеченных слоев американского общества против несправедливостей их общества тоже можно в определенном смысле назвать "протестом заболевшей совести"? Контркультурная молодежь "среднего класса" Америки по существу тоже призывала проявлять "милость к падшим", к нищим, обездоленным, неустроенным и в своей стране и в Третьем мире. (Статистика, например, показывает, что стоимость одного дня жизни американца составляет около 80 долларов. А много ли на свете людей, имеющих такие средства в месяц? в год?... По данным ООН, треть населения Земли живет за чертой бедности, 40% населения страдает от нехватки питьевой воды, доход на душу населения в Бурунди в 350 раз ниже, чем в США.)

Всегда чутко прислушивавшийся к идеям и настроениям контркультуры, А.С.Панарин тоже призывал проявлять чуткость, "милость к падшим" – к обездоленному большинству населения в России. На страницах "Литературной газеты" в статье "Народ без элиты" он писал, что российская элита, обязанная быть полпредом своего народа, отвернулась от него, озабоченная стремлением попасть в пресловутый "золотой миллиард" обеспеченных, защищенных... При этом он напоминает о великой религиозной традиции, существовавшей на Руси, о традиции сострадательности, сочувствия к "хрупким", "неэффективным", "неприспособленным". "Как знать, – пишет он, – не им ли, впечатлительным и ранимым, дано скорректировать фаустовский проект покорения природы и истории в духе посттехнических и постэкономических приоритетов – щадящего отношения и к внешнему миру природы, и к внутреннему миру человеческой души?"

В современном обществе идут разнонаправленные процессы: с одной стороны, усиливаются процессы стратификации и многообразия культур, содержащие потенциал альтернативных социальных сдвигов. С другой стороны, идут интеграционные процессы, объединяющие людей, а также процессы "омассовления", обезличивания. С одной стороны, в этносе, в самобытных культурах формируются традиции, ценности, идеалы, которые воспитывают уникальную личность, за которую ратует Т. Роззак. Н.Бердяев в книге "Судьба России" писал о тесной связи между уникальной личностью и этносом, считая, что именно национальная культура рождает гениев, таких, как Гете и Достоевский, – они через свои национальные черты выражают общечеловеческое в них: "Культура никогда не была и не будет отвлеченно-человеческой, она всегда конкретно-человеческая, т.е. национальная, индивидуальнонародная и лишь в этом своем качестве восходящая до общечеловечности... Человек входит в человечество через национальную индивидуальность, как национальный человек. Все творческое в культуре носит на себе печать национального гения". Нация же "своими корнями врастает в таинственную глубину жизни", за нее "должно бороться как за ценность"

Однако развитие техногенной цивилизации, формирование глобальной планетарной цивилизации неизбежно ведут к разрушению этноса, традиций. Процессы омассовления, унификации, стандартизации образа жизни людей, способов труда и отдыха, типов материального и культурного потребления разрушают национальные культуры, а в итоге – исчезают условия возникновения уникальной личности, национальных гениев... Защитники традиций с тревогой видят в подобных процессах угрозу размывания национальных культур, "утраты корней", утраты национальной идентичности, разрыв социально-групповых связей, "дестабилизацию окружающей человека социальной среды", в то время как подъем национального чувства, укрепление этнических и религиозных связей между людьми могли бы служить своеобразным барьером на пути этой дестабилизации

Существует великое многообразие самобытных культур народов Запада и Востока, Индии и Китая, России и Японии. Их культурный и этический опыт ценен и сам по себе, он также важен и для выхода из современного духовного кризиса. Но процессы глобализации, интеграции и унификации необратимы... Как одновременно сохранить и культурный плюрализм и интегрировать народы в одну семью?

Контркультура, как тонкий "сейсмограф", регистрирует все эти процессы, сигналя о гибели уникальной личности под прессом техногенной цивилизации и отражая тем самым одно из важнейших противоречий эпохи. В то же время выживание масс теснейшим образом связано с развитием технической цивилизации – однако дальнейшее ее развитие также гибельно для человечества. Как накормить народы мира и одновременно затормозить дальнейшее развитие науки и техники? Это еще одно острейшее противоречие, отразившееся в контркультуре.

Хотя Ирвинг Кристол и заявил, что истинную причину контркультуры, видимо, не удастся узнать никогда, в работах зарубежных и отечественных аналитиков, приведенных выше, делается эта попытка – выяснялись психологические, социологические, социо-психологические, социобиологические причины, одни связывали бунт молодежи с проблемами в семье, "конфликтом поколений", другие пытались доказать, что это лишь инфантилизм и нежелание взрослеть и брать на себя ответственность взрослого человека. Вероятно, во мнениях всех этих аналитиков существует определенная доля истины – все эти черты в той или иной степени присущи контркультуре.

Отдельные аналитики видят главную причину протестных выступлений молодежи и интеллигенции прежде всего в социальноэкономической сфере. Так Э.Я.Баталов главную разгадку "тайны" леворадикального феномена 60-х годов видит в "сшибке" двух цивилизаций: существующей – капиталистической, промышленной, и нарождавшейся в те годы научно-технической, для которой "капиталистические рамки стали тесными", ибо научно-техническая цивилизация "адекватна социальной природе более высокого общественного строя"84. Современный капитализм, действительно, – это уже не прежний классический капитализм, по существу, это синтез капиталистической экономики и либерально-демократической системы с "механизмами социальной защиты"85. Логика позднего капитализма, видимо, такова, что он сам себя отрицает...

Перечисляя многочисленные причины возникновения контркультуры, следовало бы напомнить еще об одной, не менее важной. Как известно, бунт молодежи возник в среде студенчества элитных университетов, среди них были самые образованные, начитанные ребята("надежда нации", как о них с грустью говорили профессора, т.к. именно такие покидали университеты), знакомые и с философией, и с социологией, марксизмом, экзистенциализмом. Их кумирами, лидерами были Г.Маркузе и Р.Миллз, Ч.Рейч и П.Гудмен, О.Н.Браун и Т.Лири и другие леворадикальные писатели и философы, призывавшие к "Великому отказу" от этого индустриальнопотребительского общества и оказавшие колоссальное влияние на молодых. Молодежь не осталась глухой к этим призывам.

Г.Маркузе, например, в книге "Одномерный человек"86 писал, что в развитом индустриальном обществе "царит комфортабельная, спокойная, умеренная демократическая несвобода", потому что у человека нет доступа к решению задач, непосредственно связанных с его жизнью и смертью – и это есть рабство, считает Маркузе. Но есть силы, способные взорвать это общество: это аутсайдеры, маргиналы – безработные, нацменьшинства и студенты – именно они в силах изменить социальную и экономическую структуру общества.

Ч.Рейч в книге "Молодая поросль Америки"87 (1971) тоже призывает трансформировать это общество – с помощью "революции через сознание" – он убежден, что в западном обществе материальные потребности утратили функцию стимулятора бунтов – таким стимулятором стали духовные потребности. Пол Гудмен, поэт и писатель, в таких книгах, как "Сделай это!" (1951), "Город – империя" (1964)88 и других, изложил основы экзистенциальной социологии Америки и показал, что у страны – нет выхода, что она – в тупике. Он первый начал пропагандировать идеи коммунитаризма: его идеал – это коммуны и демократия непосредственного участия. Он призывал молодежь к конкретным действиям: если тебе 25 лет и тебе все надоело, – взрослей, стань ответственным и делай – делай что-то сам, с друзьями, с теми, кого ты любишь, уважаешь, понимаешь, можно организовать совместное питание или помогать растить детей – никто пока не знает, как это делать, нет готовых моделей. Если обратиться к "старым радикалам", то они начнут учить создавать партии, укреплять профсоюзы, но не научат делать коммуны. Остается самим делать коммуны экспериментально...

Американский психиатр Тимоти Лири призывал молодежь разрушить это общество, "отпадая" от него – при помощи психоделических, наркотических практик. И взрыв произошел, он вызвал шок не только в США, но и во всех промышленно развитых странах. Молодежь отвергала и отрицала все, что было дорого старшему поколению, нарушала все запреты, изобличала старших в мещанстве, в аморальности их общества. Устраивались стихийные демонстрации против попрания гражданских и политических прав, сидячие забастовки и молчаливые демонстрации в университетах против политики сегрегации, расизма, социальной несправедливости. Студенты отказывались служить в армии, занимались просветительской деятельностью в негритянских гетто, в рядах Корпуса мира ездили помогать населению африканских стран. Коммуны хиппи отделялись от общества, отвергая и нарушая все его устоявшиеся нормы и запреты, стереотипы: в них шли поиски новых художественных форм, эксперименты в области социальных, семейно-брачных, сексуальных вариаций человеческого опыта. Хиппи практиковали гедонизм и восточный принцип "у-вей" ("недеяние"), экспериментировали с сознанием и подсознанием с помощью наркотиков... Своим идеалом они объявляли "новый стиль жизни" на антибуржуазных началах, на основе любви и взаимной терпимости с преобладанием духовного, личностного начала.

Как пишет Джулия Стефенс, их протест порой носил характер фантазий, бурлеска, сатиры, романтизма, прощания с детством... И в то же время они выступали за свободу творчества, за свободу личности от репрессий и дисциплинарных требований

Помимо движения хиппи постепенно контркультура начинает объединять самый широкий спектр субкультур и коммун – например, коммуны неоязычников и мистиков, различные контркультурные религиозные объединения, движения радикальных христиан (квакеров, католиков, протестантов), движения "новый рабочий класс", феминисток, "зеленых"...

Как уже отмечалось, контркультурное движение впоследствии переросло в "альтернативные" движения. В книге "Политический протест и культурная революция. Ненасильственные движения "конкретных дел"" (Лондон, 1991) Б.Эпштейн пишет, что среди других альтернативных движений 70-80-х годов выделялось активностью движение "конкретных дел" ("direct action"). В этих движениях принимали участие люди всех возрастов, они учились вместе решать проблемы мирным, ненасильственным путем и таким образом воздействовать на власть и способствовать социальной трансформации. При этом они опирались на две ценности – всеобщего равенства и ненасилия. Например, ставилась конкретная задача – закрыть атомную станцию или более широкую цель – выступить против испытания атомного оружия. Их широкой программой будущего было создание "экологически сбалансированной равноправной жизни в обществе без применения насилия" – и к этой великой цели в будущем они считали необходимым двигаться уже в настоящем путем конкретных действий. Это была "культурная революция", начатая контркультурой, добавляет автор. Она охватывала движения за гражданские права, в защиту люмпенизированных и безработных. Вокруг этих движений собирались активные, неравнодушные люди, их касались все важные проблемы жизни живых людей, и глобальные, и бытовые, житейские в том числе

Расслабленный гедонизм, нарциссизм хиппи, в свое время проявившиеся как протест против губительного динамизма техногенной цивилизации, сегодня (спустя десятилетия) как социальная позиция неприемлемы. А.С.Панарин, в свое время понимавший и принимавший и контркультуру, и идеи Роззака, сегодня такую позицию резко критикует, называя ее "дезертирством" – моральным и социальным. Сегодня, пишет он в своей последней книге "Искушение глобализмом" (2000 г.), ситуация глобального кризиса требует от человечества колоссального напряжения, "качественно нового уровня мобилизации и ответственности", чтобы избежать неслыханных еще катастроф, нужна экологическая аскеза, экологическое сбережение и накопление, нужно отказаться от потребительства, удовлетворяя только реальные, а не искусственные потребности. Нужен новый ответственный и рачительный хозяин, хорошо осознающий, "что у него нет другого дома, чем этот, исконный, другой земли, чем родная земля"

Как известно, революции бывают разные, случались и такие, в ходе которых происходил глубочайший духовный переворот, решительная переоценка ценностей, затрагивающая самые основные ориентации человека по отношению к себе самому, к другим людям, к окружающему миру. Такой была революция при переходе от античного язычества к христианству. Такой переворот, возможно, уже переживает человечество в конце XX – начале XXI века, оказавшись на краю пропасти.

У истоков такой революции, по нашему убеждению, стоит и контркультура, она служит провозвестницей духовно-этической революции, основной задачей которой является переосмысление всех целей и ценностей современной цивилизации: бесконечные аварии, срывы, катастрофы ставят эту цивилизацию вне общества, вне закона.


Этот весьма скромный блок рекламной информации даст вам возможность узнать о других необычных книгах и не только о книгах:     эти и другие многи наши спонсоры дают многим инициативам в сети возможность существовать и развиваться     Из найденной здесь информации вы - вполне вероятно - почерпнёте для себя нето полезное и интересное дополнительно, несмотря на ее рекламный характер   Реклама - двигатель торговли! И источник полезной информации - за примерами далеко ходить не надо

Новинки раздела "Контркультура и альтернативная литература" - для вас:

Жить – интересно!

Алексей Клочковский


Известный читающей интернет-аудитории автор предстаёт в новых ипостасях – как талантливый журналист, художник и музыкант. Полный юмора, ...


Тропик Козерога

Генри Миллер


Генри Миллер – виднейший представитель экспериментального направления в американской прозе XX века, дерзкий новатор, чьи лучшие произведения ...


Субъективный реализм

Михаил Блехман


Сборник рассказов в стиле, который автор назвал "Субъективным реализмом". Эти рассказы – о любви, творчестве, времени. Они полны метафор и ...


Чарівна ти

Чак Поланік


Пенелопа Гарриґан була приголомшена, коли Лінус Максвелл, мільярдер і коханець найрозкішніших жінок, навіть не доторкаючись до неї, ...


Бойцовский клуб 2. Книга 2

Чак Паланик


После «Проекта Разгром» проходит десять лет. Рассказчик, он же Себастьян, ведёт обыденную жизнь. Но его жене Марле пресытила эта рутина, и ...


Сто миллионов

Роман Воликов


Два рассказа о главных человеческих грехах, таких же вечных как и сам человек

Искренне надеемся, что "Сто ...